№7|2011

ЗАКОНЫ, СТАНДАРТЫ, НОРМАТИВЫ

bbk 000000

УДК 628.16(083.75)

Мазаев В. Т., Шлепнина Т. Г.

Оценка степени санитарной опасности соединений кремния в природной и питьевой воде
(в порядке обсуждения)

Аннотация

Дан обзор литературы о роли кремния в организме человека, его токсикокинетике, проведен критический анализ научного обоснования гигиенических нормативов предельного содержания соединений кремния в природной и питьевой воде. Обращено внимание на отсутствие нормативов по содержанию кремния в воде в зарубежных нормативных документах в силу неактуальности вопроса. Предложено аннулировать норматив по предельному содержанию кремния в воде в отечественной нормативной базе ввиду отсутствия должной его обоснованности.

Ключевые слова

, , , , ,

 

Скачать статью в журнальной верстке (PDF)

Присутствие кремния в источниках водоснабжения и в питьевой воде столь же постоянно и неотвратимо, как содержание в природной воде «главных ионов»: кальция, магния, хлоридов и т. д. Физическая форма присутствия кремния в питьевой воде, которая изменяется в широких пределах (растворимые ионные формы, коллоиды, коагулированные коллоиды, молекулярные комплексы сложного состава), должна определять степень его биологической доступности. Кроме питьевой воды, источником поступления кремния в организм человека через желудочно-кишечный тракт являются многие пищевые продукты.

Роль кремния в строении и метаболических процессах организма млекопитающих и человека. В организме взрослого человека содержится около 18 г кремния [1]. В 1980-х годах сотрудниками Калифорнийского университета было доказано, что кремний необходим для нормального роста и развития организма млекопитающих, формирования хрящей, костей и соединительной ткани в целом. Также он принимает участие в ряде важных метаболических процессов, выполняя функцию структурного компонента. Ежедневная потребность организма человека в кремнии составляет 20–30 мг кремнезема. Ежесуточно с пищей и водой поступает 3,5 мг, с воздухом (в виде пыли кремнезема) – 15 мг кремния [1]. По данным многочисленных авторов, содержание кремния в крови здорового человека колеблется в широких пределах – от 31,4 до 66,1 мг/% на золу [2], в волосах – от 15 до 360 мг/100 г.

Широкий диапазон содержания этого элемента как в активной среде организма – крови, так и в пассивной, депонирующей ткани – в волосах практически здоровых людей является косвенным свидетельством его малоактивной роли в метаболических процессах. Именно эти обстоятельства, очевидно, позволили А. П. Авцыну и др. [3] отнести кремний к «условно эссенциальным» микроэлементам. Термином условно эссенциальные микроэлементы обозначают группу элементов, необходимых для существования организма, однако их низкое или повышенное содержание в соответствующих структурах организма не проявляется в выраженных формах болезни или характерного патологического синдрома.

В балансовых опытах на животных показано, что почти весь кремний, поступающий с пищей и водой, проходит транзитом через пищеварительный тракт и выводится через кишечник, а оставшееся небольшое количество – через почки. Всасывание кремния в желудочно-кишечном тракте в большой степени зависит от присутствия различных минеральных компонентов пищевого рациона и питьевой воды, которые способны снизить его растворимость [Fe2O3, Ca(OH)2, MgO, Al]. В моче большая часть кремния находится в форме растворимых силикатов [4]. Таким образом, кремний необходим для нормального развития и функционирования организма человека. Организм располагает механизмами саморегуляции количества кремния во внутренней среде: ограниченное всасывание в желудочно-кишечном тракте, транзитный пропуск невсосавшегося кремния через кишечник, выведение кремния через почки в виде растворимых силикатов.

Эффекты взаимодействия кремния с организмом теплокровных. Ингаляционное поступление. Широко известна нозологическая единица, связанная с воздействием кремния на организм человека. Это силикоз – пылевое хроническое заболевание легких, возникающее при вдыхании пыли, содержащей оксид кремния SiO2, и вызывающее развитие узелкового фиброза ткани легкого. Для дальнейших рассуждений важно, что при силикозе, для которого пыль оксида кремния является безусловным этиологическим агентом, его повреждающее действие реализуется механическим путем. И даже при накоплении оксида кремния (также в виде твердых частиц) в силикотических узелках легочной ткани и лимфатических узлах корня легкого химического воздействия не отмечается.

Поступление через рот. Патологических состояний (болезней, синдромов) при поступлении кремния в организм человека пероральным путем не описано. Большинство публикаций, посвященных участию кремния в метаболических процессах, составлены по результатам экспериментальных работ с различными, неадекватными для данной темы способами введения вещества (внутривенное, внутрибрюшинное, ингаляционное), и с высокими, нереальными в быту дозами. Но и в этих публикациях нет фактов активного участия кремния в каких-либо ферментных реакциях, ярко выраженных конкурентных отношениях и пр.

История разработки ПДК активированной кремниевой кислоты в воде. В Советском Союзе необходимость в гигиенической оценке содержания соединений кремния в питьевой воде возникла в 1960-х годах в связи с внедрением в практику подготовки питьевой воды так называемой активированной кремнекислоты (продукта обработки силиката натрия серной кислотой) в качестве флокулянта. Эта работа выполнялась в токсикологической лаборатории при кафедре коммунальной гигиены Первого МОЛМИ им. И. М. Сеченова научными сотрудниками С. А. Шиган и Б. Р. Витвицкой в 1970–1971 годах [5; 6]. Авторами были установлены пороговые концентрации по органолептическому показателю вредности (привкусу): активированной кремнекислоты – 500 мг/л, силиката натрия – 1000 мг/л. Среднесмертельная доза [DL50] реагента не установлена ввиду низкой токсичности испытываемых веществ (отсутствие гибели животных даже при введении предельных по объему доз – 2000 мг/кг в течение суток за 12 приемов). В двухмесячном эксперименте с ежедневным введением доз активированной кремнекислоты (130 мг/кг) и силиката натрия (200 мг/кг) не выявлено кумулятивного эффекта. Гибель животных в этом эксперименте также не отмечена.

В хроническом пятимесячном санитарно-токсикологическом эксперименте на двух видах лабораторных животных был использован ряд неспецифических интегральных токсикологических тестов и испытаны дозы от 65 до 0,25 мг/кг. В столь широко поставленном эксперименте (во второй половине срока) отмечено только снижение уровня одного фермента – альдолазы (следует заметить, что в клинической практике повышение альдолазы отмечается при поражениях печени и дистрофических болезнях мышц). У животных, получавших силикат натрия в дозе 65 мг/кг отмечалось снижение уровня альдолазы в сыворотке крови, начиная с третьего месяца эксперимента. У животных, получавших дозу 6,5 мг/кг, снижение альдолазы зарегистрировано однократно, только на пятом месяце эксперимента. На основании этого доза силиката натрия 6,5 мг/кг оценена авторами как пороговая, а доза 2 мг/кг – как максимальная недействующая доза в условиях хронического эксперимента. Статистическая обработка результатов эксперимента свелась к расчету средней величины показателей по группам животных, без указания ошибки средней и сигмального отклонения.

Поскольку влияние исследованных веществ на органолептические свойства воды было крайне слабо выражено, а недействующая доза по санитарно-токсикологическому показателю в отчете формально провозглашена, Комиссией по гигиеническому нормированию в качестве норматива был закреплен санитарно-токсикологический признак вредности, а также предложена и утверждена его величина. В официальный перечень «Предельно допустимые концентрации вредных веществ в воде водных объектов хозяйственно-питьевого и культурно-бытового водопользования» норматив впервые был введен в 1972 г. в следующей редакции: «Силикат натрия (по SiO3) (так!) 50 мг/л, по санитарно-токсикологическому признаку вредности». Эта редакция была повторена в документе «Правила охраны поверхностных вод от загрязнения сточными водами» (№ 1166-74).

В «Дополнительный перечень предельно допустимых концентраций вредных веществ в воде водоемов санитарно-бытового водопользования» (утвержден в 1976 г., № 1521) введена редакция норматива: «Кремниевая кислота активированная 50 мг/л, по санитарно-токсикологическому признаку вредности» без отмены вышеуказанной редакции норматива 1972 г. В том же документе в редакции 1980 г. (№ 2263-80) фигурирует норматив: «Кремний – 10 мг/л, по санитарно-токсикологическому признаку» без указания класса опасности с примечанием об отмене норматива 1974 г.

Попытки использования в санитарной практике норматива по содержанию кремния в воде. В 1978–1981 годах появились публикации доктора медицинских наук, профессора В. Л. Сусликова [7; 8], в которых отмечалось совпадение повышенных показателей заболеваемости уролитиазом (мочекаменная болезнь) в некоторых административных районах Чувашской АССР (названных им Присурским субрегионом) с повышенным (по сравнению с другими районами) содержанием кремния в почвах и растениях, а также повышенными (по сравнению с официальным гигиеническим нормативом 1972 г.) концентрациями кремния в грунтовых и межпластовых водах, используемых аборигенами для питьевых целей.

Не подвергая сомнению истинность собранных В. Л. Сусликовым фактических данных, необходимо обратить внимание на методологию планирования его исследований и обработки данных.Данные по заболеваемости были взяты автором из сводок официальной медицинской статистики. В его работах нет анализа уровня медицинской помощи в районах наблюдения, а также собственных исследований заболеваемости населения уролитиазом. В частности, отсутствуют данные о распределении больных, использовавших источники питьевой воды с разными концентрациями кремния, по группам, длительности использования больными уролитиазом данных источников водоснабжения. Хотя факты, приведенные в работе, свидетельствуют о широком диапазоне концентраций кремния в воде подземных источников питьевого водоснабжения Присурского субрегиона. Не были учтены и такие факторы, как жесткость воды и другие минеральные компоненты ее состава, вносящие свой вклад в заболеваемость уролитиазом. Статистическая обработка данных была ограничена корреляционным анализом заболеваемости по обращаемости и усредненными по субрегиону концентрациями кремния в питьевой воде.

Таким образом, установленная В. Л. Сусликовым «прямая положительная корреляционная связь уровня заболеваемости населения некоторых районов Чувашии мочекаменной болезнью с содержанием кремния в источниках водоснабжения [r = + (0,8 ± 0,12)]», полученная на методологически неправильной основе, не может быть расценена как причинно-следственная для обоснования гигиенического норматива содержания природного кремния в питьевой воде. В связи с этим напомним известное положение математической статистики:«Чтобы статистические модели выполняли свою функцию одного из «блоков» в системе доказательства причинно-следственных связей, они должны быть корректно построены, а полученные результаты корректно представлены и проанализированы» [9]. Нахождение статистически значимых корреляционных связей между уровнями факторов среды обитания и здоровьем населения – это не доказательство наличия причинно-следственной связи между ними, а лишь статистическое подтверждение гипотезы о возможном ее наличии. Это подтверждение является необходимым (но недостаточным) этапом работы для перевода гипотезы в разряд твердо установленных фактов. Для полного доказательства нужен еще ряд других, как статистических, так и нестатистических подтверждений.

Для доказательства своей гипотезы В. Л. Сусликов провел две серии экспериментов по провоцированию уролитиаза у крыс по методу А. И. Бокиной [10] с введением в мочевой пузырь животных ядер камнеобразования, приготовленных из фосфатных камней, удаленных у людей, больных уролитиазом. Оперированные крысы получали питьевую воду с концентрацией кремния от 5 до 150 мг/л. Другие показатели воды (жесткость, сухой остаток и пр.) автор в статье не приводит. Через 30 дней после операции при вскрытии было обнаружено увеличение массы введенных ядер камнеобразования в мочевом пузыре у животных всех групп. Химический состав камней был идентичным с таковым камней, полученных после оперативных вмешательств у людей.

В третьей серии опытов длительностью 3 месяца неоперированные животные получали питьевую воду с содержанием кремния от 5 до 150 мг/л. Уровни показателей биохимических тестов, использованных во всех трех сериях экспериментов, характеризовались мозаичностью распределения как по группам животных, так и по срокам эксперимента. При 30-кратном различии испытанных доз кремния следовало бы ожидать проявления дозовой зависимости, которой В. Л. Сусликов не выявил.

Таким образом, вывод В. Л. Сусликова о ведущей роли кремния в генезе мочевых камней, полученных в опытах на животных, при внимательном анализе результатов эксперимента не убедителен. Учениками В. Л. Сусликова – С. П. Сапожниковым [11] и Р. В. Степановым [12] в диссертационных работах отмечены различия уровней показателей минерального и углеводного обмена, повышение показателей жирового, пуринового обмена среди практически здорового сельского населения Присурского субрегиона Чувашиипо сравнению с населением других административных районов той же республики. Авторами работ собран громадный фактический материал по характеристике пищевых рационов жителей Присурского и Прикубниноцивильского (контрольного) субрегионов, истинность которого не подвергается сомнению. Однако во всех работах проводится мысль, что главным этиологическим фактором, объясняющим эти отличия, а также причиной повышенной заболеваемости уролитиазом и инфарктом миокарда в этих административных (!) районах является более высокое содержание кремния в питьевой воде. Оценка различий в концентрации кремния в питьевой воде в опытном и контрольном субрегионах в работе С. П. Сапожникова дается на основе сравнения средних концентраций (!) по субрегионам, вычисленных всего лишь из 34 или 42 проб колодезной воды.

В работе Р. В. Степанова количество проб воды из колодцев с повышенным (по сравнению с нормативом) содержанием кремния в воде составляло менее половины от всех 42 проб, исследованных в Присурском субрегионе, а превышение концентрации кремния в них над официальным нормативом было лишь в 2–2,5 раза. Из общего количества (76) проб воды 29 проб Присурского и 33 пробы Прикубниноцивильского субрегионов (в сумме 62 пробы) содержали кремний в одном и том же диапазоне концентраций (2,5–10 мг/л). О количестве жителей, которые пользовались водой из колодцев с повышенными концентрациями кремния, их доле в населении Присурского субрегиона, а также о количестве среди них больных с соответствующими диагнозами авторы не сообщают. Жесткость воды в большинстве проб Прикубниноцивильского субрегиона превышала норматив (7 мг-экв/л), а в некоторых достигала 16,7 мг-экв/л, тогда как жесткость воды в колодцах Присурского субрегиона была близка к нормативному показателю. Сухой остаток питьевой воды, по средним данным (!?),в колодезной и межпластовой воде составлял в Присурском субрегионе 1019,7 ± 120,1 мг/л, тогда как в Прикубниноцивильском (контрольном) – 513,3 ± 95,6 мг/л.

Методологическая несостоятельность подобного представления исходных данных о сухом остатке питьевой воды в научной работе не требует пояснения. Однако из этих данных, бесспорно, можно сделать вывод о том, что часть жителей Присурского субрегиона потребляла солоноватую воду с сухим остатком 1019,7 + 120,1 = 1139,8 мг/л, тогда как жители контрольного субрегиона пользовались водой с сухим остатком на оптимальном уровне, но в ряде случаев явно некондиционной по жесткости. Анализ нелогичности представленного соотношения сухого остатка и жесткости воды не входит в нашу задачу, отметим только, что авторами работ эти особенности состава питьевой воды при обсуждении результатов проигнорированы. В работе Р. В. Степанова установлено, что в суточных пищевых рационах жителей и в кормах сельскохозяйственных животных в опытном субрегионе имеют место более высокие концентрации не только кремния, но и весьма активных микроэлементов: фтора, железа, марганца, кадмия, стронция, свинца, хрома, а также низкие концентрации йода и кобальта.

Различия в уровнях показателей минерального, белкового и жирового обмена у практически здоровых жителей двух субрегионов, которые наблюдали в своих экспериментах упомянутые исследователи, можно расценить как неспецифические реакции организма на избыток или дефицит многих минеральных компонентов пищевого рациона, который изучался авторами, в том числе и солей жесткости питьевой воды.Необходимо подчеркнуть, что в рассматриваемых работах речь идет именно о различиях в уровнях показателей метаболизма или функциональных показателей сердечной деятельности, а не о патологических уровнях. Однако, констатируя перечисленные особенности пищевого рациона, при обсуждении результатов исследований и в выводах авторы их полностью игнорируют и настаивают на ведущей роли кремния.

Таким образом, выдвинутая В. Л. Сусликовым и поддержанная его учениками гипотеза об этиологической роли кремния, содержащегося в питьевой воде, в высоком уровне заболеваемости инфарктом миокарда и уролитиазом и в широком спектре различий в уровнях показателей разных видов метаболизма среди практически здорового населения, проживающего в описанных биогеохимических провинциях, не может считаться доказанной. Обращает внимание и широкий диапазон рекомендуемых авторами указанных работ уровней ПДК кремния в воде: от 2,5 до 10 мг/л. Применительно к цели данной статьи можно сделать вывод, что публикации В. Л. Сусликова и его учеников 1980–1990-х годов не содержат новых данных о физиологических (патофизиологических) механизмах взаимодействия кремния с живым организмом и не могут служить основой для обоснования гигиенического норматива кремния в питьевой воде.

Работа Г. Н. Метельской и др. [13] посвящена «экспериментальному подтверждению надежности официального норматива кремния в питьевой воде в зависимости от ее жесткости и общего солесодержания». Авторами установлена дозовая зависимость содержания кремния в сыворотке крови и костной ткани экспериментальных животных, получавших кремний с питьевой водой разной жесткости (от 0,463 до 7,28 мг-экв/л). При этом отмечен интересный феномен: содержание кремния в сыворотке крови было выше у животных, получавших мягкую воду, по сравнению с животными, получавшими жесткую воду с той же концентрацией кремния! Это можно объяснить тем, что в мягкой воде кремний присутствует в виде силикатов щелочных металлов, которые более растворимы в воде и поэтому лучше всасываются. В то же время количество отклонений показателей метаболизма от контроля по использованным тестам в группе, получавшей мягкую воду, было меньше, чем в группе, получавшей жесткую воду. Этот феномен наталкивает авторов на мысль, что наблюдавшиеся колебания показателей метаболизма у лабораторных животных объясняются не воздействием кремния, а комплексным воздействием на организм солей жесткости воды в присутствии кремния.

На основании регрессионного анализа зависимости числа обнаруженных межгрупповых различий показателей биохимических и морфофункциональных тестов у животных, получавших одинаковые дозы кремния с питьевой водой разного уровня жесткости, авторами делается вывод о том, что верхний предел жесткости питьевой воды, при котором допустима концентрация кремния в воде 25 мг/л, равен 2,5 мг-экв/л; при потреблении воды с жесткостью от 2,5 до 7 мг-экв/л норматив может быть повышен до 12,5 мг/л. Соглашаясь в основном с выводами из этой работы, следует отметить, что в эксперименте не были выявлены какие-либо специфические патологические изменения в организме животных. Речь идет о колебаниях показателей метаболизма в процессе поддержания гомеостаза организма, которые могут быть результатом адаптационных процессов. На наш взгляд, результаты работы Г. Н. Метельской и др. демонстрируют не столько надежность норматива содержания кремния в воде, сколько малое влияние кремния в развитии неспецифических реакций организма на многокомпонентный солевой состав питьевой воды, а также тот факт, что в условиях данного эксперимента специфических проявлений воздействия кремния на организм не было выявлено.

Обзор литературы по факторам риска мочекаменной болезни. О значении многокомпонентного солевого состава питьевой воды, в том числе солей жесткости, как одной из причин высокого уровня заболеваемости уролитиазом, говорится во многих диссертационных работах (В. С. Цицнадзе [14], С. Л. Осташенко [15], А. С. Низамова [16] и др.). Авторы отмечают присутствие кремния в среде обитания человека, в том числе и в питьевой воде, но ни один исследователь не отметил его в качестве ведущего фактора в этиологии заболеваемости населения уролитиазом. В работе В. К. Ковальчук (докторская диссертация, защищенная в Федеральном научном центре гигиены им. Ф. Ф. Эрисмана в 2005 г.) есть вывод: «Многофакторным медико-статистическим анализом установлено, что к экзогенным факторам риска возникновения мочекаменной болезни у детей в условиях Приморья относятся постоянно действующие факторы – дискомфортность климата [r = + (0,59 ± 0,14); n = 34; p < 0,001], дисбаланс кальция, магния, стабильного стронция в питьевой воде [r = + (0,6 ± 0,14); n = 34; p < 0,001] – и преходящий, длительно действующий фактор – неполноценность пищевого рациона [r = – (0,85 ± 0,26); n = 6; p < 0,05]». С некоторыми вариациями, в зависимости от местных условий, аналогичные выводы о многофакторном влиянии среды обитания на заболеваемость уролитиазом сделаны и другими перечисленными авторами для территорий Таджикистана, Хабаровского края, Грузии.

В обширной литературе, посвященной обоснованию роли водного фактора в этиологии уролитиаза, инфаркта миокарда и других распространенных неинфекционных болезней, а также оценке влияния на здоровье населения минерального состава питьевой воды, других данных о патогенетической роли кремния (кроме публикаций В. Л. Сусликова и его учеников) нет.

О классе опасности кремния в воде. Второй класс опасности кремния в питьевой воде был установлен в соответствии с критериями, изложенными в МУ 2.1.5.720-98 «Обоснование гигиенических нормативов химических веществ в воде». Проведенное нами воспроизведение расчета класса опасности силикатов в воде (см. таблицув МУ 2.1.5.720-98) показывает, что критерием для отнесения кремния ко второму классу опасности явилось отношение пороговой концентрации хронического воздействия к пороговой концентрации по органолептическому признаку (первый критерий). Представляется, что этот критерий, очень важный для многих веществ, для кремния мало актуален, поскольку сигнального значения (важного для первого критерия) пороговая концентрация силиката натрия в воде на уровне 1000 мг/л, да еще по привкусу, не имеет, а пороговая концентрация по токсикологическому признаку дана формально (см. выше). В то же время по следующим двум критериям (второму и третьему) силикаты уверенно попадают в четвертый класс. Основания для изучения отдаленных последствий (четвертый критерий) контакта человека с кремнием – элементом, занимающим второе место по распространенности в земной коре, отсутствуют. Пятый критерий относительно природных силикатов (ионы или коллоиды) также не может быть использован по существу; для гигиены воды имеет значение не «химическая» стабильность кремния в воде как химического элемента, а биологическая доступность форм его присутствия в воде, которая неуправляемо изменяется под влиянием многих факторов водной среды.

При анализе таблицы классификации опасности веществ возникает вопрос о правомерности отнесения кремния к «высоко опасным» (!) веществам при поступлении через рот, поскольку кремний не проявил: токсичности в остром опыте, кумулятивных свойств в условиях подострого токсикологического эксперимента, специфических эффектов в пятимесячном хроническом эксперименте при ежедневном введении дозы 65 мг/кг. Наконец, кремний – вещество, в окружении которого человек живет и с которым тесно контактирует, например с кислородом, кальцием, калием, хлоридами.

07_04_tabl_01

Гигиенические нормативы содержания кремния в воде в современной нормативной базе. В авторитетном Руководстве по контролю качества питьевой воды (ВОЗ, Женева, 1987, 1994, 2004), в котором обобщен мировой опыт гигиенического нормирования химических веществ в воде, а также в предшествовавшем ему Международном стандарте питьевой воды (ВОЗ, Женева, 1958, 1963) нет упоминания о допустимом содержании кремния в воде и о необходимости его гигиенического нормирования. Отсутствует норматив содержания кремния и в известной «Директиве Совета ЕС относительно качества воды, предназначенной для потребления человеком», принятой к руководству во всех странах Европейского Союза, а также в национальных нормативных документах по регламентации химического состава питьевой воды Франции, Германии, Японии, США.

В российском нормативном документе ГН 2.1.5. 689-98 «Предельно допустимые концентрации (ПДК) химических веществ в воде водных объектов хозяйственно-питьевого и культурно-бытового водопользования» и в заменившем его, ныне действующем, документе – ГН 2.1.5.1315-03 с таким же названием есть две позиции относительно кремния: «№ 671 Кремний (по Si) – 10 мг/л, по санитарно-токсикологическому признаку, 2 класс опасности» и «пор. № 835 Натрий силикат (по SiO3) – 30 мг/л, по санитарно-токсикологическому признаку, 2 класс опасности».

В табл. 2 СанПиН 2.1.4.1074-01 «Гигиенические требования к качеству воды централизованных систем питьевого водоснабжения. Контроль качества» среди веществ природного происхождения, для которых обязателен контроль при выборе источника питьевого водоснабжения, кремния нет. В табл. 3 СанПиН 2.1.4.1074-01, в которой даны нормативы остаточных количеств веществ, поступающих в питьевую воду в процессе ее обработки, есть норматив «активированная кремнекислота (по Si), 10 мг/л, по санитарно-токсикологическому признаку, 2 класс опасности».

В Приложении 2 «Гигиенические нормативы содержания вредных веществ в питьевой воде» к СанПиН 2.1.4.1074-01 норматив «Кремний 10 мг/л, по санитарно-токсикологическому признаку, 2 класс опасности» повторен из ГН 2.1.5. 689-98 (ныне – ГН 2.1.5.1315-03).

Методическими рекомендациями МР 2.3.1.2432-08 «Рациональное питание. Нормы потребностей в энергии и пищевых веществах для различных групп населения Российской Федерации», утвержденными руководителем Роспотребнадзора, главным государственным санитарным врачом РФ (18 декабря 2008 г.), впервые установлен «Рекомендуемый уровень потребления кремния для взрослых – 30 мг/сут»; верхний допустимый уровень потребления кремния этими рекомендациями не установлен.

Выводы

1. Норматив предельно допустимого содержания кремния (Si или SiO3) в воде, приведенный в отечественном санитарном законодательстве, не имеет достаточного экспериментального обоснования и не должен распространяться на соединения кремния природного происхождения, постоянно присутствующие в природных водах.

2. Второй класс опасности «высоко опасные вещества» в ГН 2.1.5.1315-03 установлен для кремния по формальным признакам и противоречит неопровержимым фактам нетоксичности, некумулятивности и наличия механизма саморегуляции содержания кремния в организме человека.

3. В Рекомендациях ВОЗ, а также в зарубежных национальных нормативных документах, регламентирующих требования к химическому составу питьевой воды, норматив содержания кремния отсутствует.

4. В целях внутренней гармонизациинормативной базы отечественного санитарного законодательства, а также с зарубежным законодательством предлагается аннулировать в ГН 2.1.5.1315-03 следующие две позиции: «№ 671 Кремний (по Si) – 10 мг/л, по санитарно-токсикологическому признаку, 2 класс опасности» и «№ 835 Натрий силикат (по SiO3) – 30 мг/л, по санитарно-токсикологическому признаку, 2 класс опасности». Предложение об аннулировании внесено в Федеральную службу Роспотребнадзора для рассмотрения.

 

Список цитируемой литературы

  1. Человек. Медико-биологические данные. МКРЗ, публикация № 23: Пер. с англ. – М.: Медицина, 1977.
  2. Коломийцева М. Г., Габович Р. Д. Микроэлементы в медицине. – М.: Медицина, 1970.
  3. Авцын А. П., Жаворонков А. А. и др. Микроэлементозы человека. – М.: Медицина, 1991.
  4. Москалев Ю. И. Минеральный обмен. – М.: Медицина, 1985.
  5. Шиган С. А., Витвицкая Б. Р. Гигиеническое обоснование содержания остаточных количеств активированной кремнекислоты и силиката натрия в питьевой воде: Научный отчет кафедры коммунальной гигиены Первого МОЛМИ им. И. М. Сеченова. Арх. № 315. – М., 1972.
  6. Черкинский С. Н., Красовский Г. Н., Шиган С. А. и др. Гигиеническая и санитарно-токсикологическая характеристика новых реагентов, добавляемых в воду в процессе ее обработки / Научно-технический прогресс и профилактическая медицина. Ч. 1. – М., Первый МОЛМИ им. И. М. Сеченова, 1971.
  7. Сусликов В. Л., Семенов В. Д. и др. К обоснованию предельно допустимой концентрации кремниевой кислоты в питьевой воде // Гигиена и санитария. 1979. № 11.
  8. Сусликов В. Л. К гигиенической оценке роли кремния в питьевой воде // Гигиена и санитария. 1979. № 7.
  9. Вараксин А. Н. Статистические модели регрессионного типа в экологии и медицине. – Екатеринбург, 2006.
  10. Бокина А. И. Физиологические основы гигиенического нормирования солевого состава питьевых вод: Автореф. дис. … докт. мед. наук. – М., 1967.
  11. Сапожников С. П. Гигиеническая оценка микроэлементного состава водно-пищевых рационов в связи с изучением причинно-следственных связей хронических неинфекционных заболеваний: Автореф. дис. … канд. мед. наук. – М., 1990.
  12. Степанов Р. В. Материалы к изучению причинно-следственных связей инфаркта миокарда с водным фактором: Автореф. дис. … канд. мед. наук. – Чебоксары, 1992.
  13. Метельская Т. Н., Новиков Ю. В., Плитман С. И. и др. О нормировании кремния в питьевой воде // Гигиена и санитария. 1987. № 8.
  14. Цицнадзе В. С. О значении экзогенных факторов в возникновении мочекаменной болезни: Автореф. дис. … докт. мед. наук. – Киев, 1981.
  15. Остащенко С. Л. Социально-гигиенические аспекты заболеваемости населения мочекаменной болезнью и пути профилактики в современных условиях: Автореф. дис. … канд. мед. наук. – Рязань, 2005.
  16. Низамов А. С. Экологические факторы и уровень заболеваемости мочекаменной болезнью в регионах Таджикистана: Автореф. дис. … канд. мед. наук. – М., 2009.

Российская ассоциация водоснабжения и водоотведения

ecw18 vst 200

Banner konferentciia itog 200x100

VAK2

bajkal forum 100x100

Трубопроводная арматура АБРАДОКС, АБРА, ABRADOX, ABRA

Авторизация

Внимание! Рекомендуется просматривать сайт максимально свежими версиями браузеров. Некоторые устаревшие версии (IE 8) не смогут корректно скачать материалы номеров журнала.